Русские продолжают убивать свою Россию. 06.07.2010.

Рубрика: "АКТУАЛЬНОЕ", автор: , 06-11-2010

С политической точки зрения дискуссия, спровоцированная инициативой депутатов московской городской Думы объявить Москву «русским городом» и запретить всем нерусским народам России и нашим бывшим по СССР соотечественникам говорить в Первопрестольной не на русском языке и носить национальную одежду, становится бессмысленной. Премьер Владимир Путин в своей речи во время открытия храмового комплекса Спаса Нерукотворного образа в подмосковном селе Усово (5 июля 2010 года) довольно жестко и однозначно заявил, что Россия является многоконфессиональной страной и, как наш «общий дом», на равных принадлежит всем народам многонациональной России. А раз Россия является «общим домом» для всех народов нашей страны, то, соответственно, если мыслить логично, то и столица этого «общего дома», столица России на равных должна принадлежать ее многочисленным народам. Конечно, ничего нового Путин в своей речи в подмосковном Усове не сказал. В нашей Конституции уже в первой строчке говорится, что создателем нашего государства, носителем ее «суверенитета» является «многонациональный народ Российской Федерации».
Но вся проблема состоит в том, что в массовом сознании русских, составляющих абсолютное большинство Российской Федерации, в последнее время все большее распространение получает то болезненное этническое сознание, лишенное русскости, которое было заложено в проекте так называемого «Кодекса москвича». Я говорю «болезненное сознание», ибо не надо много ума, чтобы понимать, что этническая идентификация русскости толкает русских к обособлению от других нерусских народов, к укреплению психологии осажденной крепости, якобы обороняющейся от всех других нерусских стран (отсюда и психология «понаехали сюда»), но и к провоцированию нового витка распада исторически сложившейся России. мы становимся свидетелями все большего и большего расхождения между конституционным толкованием природы нашего государства, которое декларируется в выступлениях руководителей нашей страны, и национальным сознанием той части населения, которая называет себя русской.
Не надо много ума, чтобы понимать, что страна, столица которой является «русским городом» и в которой нельзя ходить в своей национальной одежде, в которой, к примеру, женщинам-мусульманкам нельзя повязывать голову платком, становится ненужной всем другим народам. Наша новая элита, все эти депутаты не знают, что, к примеру, Берлин сложился как столица этнического немецкого государства, а Москва, не говоря уже о Санкт-Петербурге, – как столица многонациональной империи. Татары заселили Ордынку в Замоскворечье еще в XVI веке. Россия, российская империя, которая сложилась как многонациональное государство, как действительно «общий дом для всех ее народов», начинает саморазрушаться, как только вы начинаете выделять и противопоставлять интересы и права большинства, то есть русских, интересам и правам ее нерусских народов. Не надо много ума, чтобы понимать, что как только вы завтра объявите Москву русским городом, где, к примеру, нерусским народам желательно не говорить на родном языке, то завтра же Казань объявят татарским городом, а Владикавказ – осетинским, и начнут медленно и постепенно вытеснять оттуда всех русских.
Самое страшное и самое серьезное, что свидетельствует об аутизме, болезненности, невменяемости нынешней, как она считает, «патриотически настроенной» российской политической элиты, что на самом деле вся эта политика русификации российской столицы является продолжением и следствием идеологии «суверенизации РСФСР», которая и привела к распаду СССР, к отделению Москвы от Киева, Минска и Севастополя, к созданию гуманитарной катастрофы, к мучению и лишению гражданских прав более двадцати миллионов русских, оказавшихся за пределами русской республики РСФСР и ставших гражданами второго сорта на собственной земле, в городах и селах, которые строили их русские отцы и деды.
Интересно, что еще в 1918 году, до создания СССР, выдающиеся умы страны, к примеру, Николай Бердяев, видели опасность превращения складывавшегося веками русского, имперского, многонационального духовного самосознания в этническое, племенное, в чувство родства по крови. Они предупреждали, что на самом деле так называемый «великорусский сепаратизм», стремление создать русское национальное, племенное государство по образцу Германии или Польши просто-напросто убьет Россию, которая с самого начала, с IX века сложилась как союз славянских и угро-финских народов, а с XVI века, после победы Ивана Грозного над Казанью и покорения Сибири, – как тройственный союз, где татары, тюрки стали уже третьим государственно-образующим этносом. «Великорусский сепаратизм», то есть то, что в 1991 году назвали «суверенизацией РСФСР», отделение Великороссии (РСФСР) от Малороссии (УССР) и Белоруссии (БССР), предупреждал Бердяев, обернется уничтожением «тысячелетнего русского царства». Уже в 1918 году было видно, что акцент на племенном, этническом, великорусском может привести не только к утрате веками складывающейся государственности «великого русского государства», но и к утрате «великой русской литературы», «великой русской культуры». И не только потому, что «великая» русская культура «связана с великим русским государством», но и потому, что великая русская культура и великая русская литература (от себя добавлю – и великая русская мысль Серебряного века) создавались представителями всех народов в царской России, великороссами, малороссами, поляками, татарами, немцами, евреями и т.д. И, кстати, в этом коренное отличие великой русской культуры от великой немецкой культуры, которая создавалась, за редким исключением, этническими немцами.
Некоторые историки полагают, что переход от традиционной для нашей страны духовной, конфессиональной государственнической русскости к чувству родства по крови, к так называемой «этнической идентичности» был неизбежен, как переход от низшего к высшему, от менее развитого к более развитому, более прочному. Но, видит бог, я не вижу ничего «высшего» в том, что ныне одни историки выводят антирусскость церковных реформ Никона из его «мордвинского происхождения» (они не знают, эти историки, что защитник русского двухперстного обычая креститься протопоп Аввакум тоже был мордвин), другие объясняют забвение славянофильских идей в дореволюционной России еврейскостью М.О. Гершензона, А.С. Изгоева, Б.Г. Столпнера и «недостаточной» русскостью П.Н. Милюкова и Н.А. Бердяева. Кстати, если стать на ту точку зрения, что якобы в интересах России творили только этнические русские, то надо отказаться от многих высших достижений русской общественной мысли, в частности, от сборников «Вехи», «Из глубины» и т.д.
Я полагаю, что наблюдаемый нами сейчас переход от русскости как выбора души к русскости по крови является свидетельством духовной деградации современной России, утратой всего, на чем веками держалась Россия. Все эти «русские марши» на самом деле являются дорогой на кладбище, где будет похоронена Россия. Преступления скинхедов, убивающих эмигрантов только за то, что у них иной, чем у славян, разрез глаз, и попытки вывести «антирусскость» церковных реформ Никона из его нерусского происхождения, и попытки объявить Москву «русским городом» являются следствием одной и той же серьезной и опасной духовной болезни. Речь идет о попытках свести русскость целиком и без остатка к голосу крови. За этой болезнью стоит прежде всего начатая еще в советское время дехристианизация России. Нет ничего более противоестественного, чем то, что мы наблюдаем сегодня на экранах телевидения. Скинхед, обвиннный в убийстве, стоит в зале суда с иконой Божьей Матери в руках. Это трагедия, что многие молодые люди – это все же наши дети – не понимают, что борьба за «чистую», «славянскую» Россию на самом деле является убийством того, что им, как я верю, ценно, убийством их Родины. Дефицит понимания того, что Россия сложилась как многонациональное государство и может существовать только как многонациональное государство, является еще следствием дефицита исторической памяти, исторических знаний, является следствием нынешнего бескультурья. Очевидно, что переход от духовной, культурной русской идентичности к чувству родства по крови – это переход к дикости и варварству. Нынешнее, иногда даже враждебное отношение некоторой части москвичей к эмигрантам из бывших советских республик – это еще и свидетельство их моральной неразвитости. В новой России нет понимания, что гастарбайтеры – это дети и внуки тех, кто вместе с русскими ковал нашу победу в 1941 – 1945 годы, кто строил и создавал мощь СССР. Поразительно, что и у царской и у советской политической элиты, которая всегда приглушала, сдерживала развитие у русских чувства племенной, кровной общности, был куда более развит инстинкт самосохранения, чем у посткоммунистической элиты, которая сегодня, спустя двадцать лет после распада СССР, наступает на те же грабли сплачивания русской этничности, ведет те же разговоры о русском государстве, где русские составляют более 80 процентов населения страны.
И последнее. Русская судьба сложна и тем, что мы не можем себе позволить то, что было позволено с самого начала немцам, полякам, шведам, позволить себе этническую идентичность, основанную на кровном родстве. Конечно плохо, когда власть российская пренебрегает интересами, обычаями, верованиями русских, большинства населения страны. Опасно создание ситуации, характерной для 90-х, когда русские чувствовали себя сиротами в своем собственном государстве. Но не меньшую опасность несут в себе попытки искусственного обособления русских от других народов нашей страны, забвения исходной многоконфессиональной, многонациональной природы нашей страны. Не надо обладать особым даром предвидения, чтобы видеть, что нынешние, характерные для определенной части патриотически настроенной элиты попытки зафиксировать особые права русских как большинства, попытки отделить «русские города» от «нерусских городов» обернутся полной и окончательной гибелью нашей России.

Comments are closed.